Схема салфетки крючком розы в лучах

схема салфетки крючком розы в лучах
Только уж когда очень много ее соберется на одном месте, заметишь сверху и подумаешь: «Вот кто-то клюкву рассыпал». Наклонишься взять одну, попробовать, и тянешь вместе с одной ягодинкой зеленую ниточку со многими клюквинками. Всего две недели, говорят мне, как Имандра освободилась ото льда. Только десять вечера, но горы уже спят, закрылись белыми одеялами.


Стрелять мы не решились, потому что от звука может обрушиться одна из неустойчивых призматических колонн. Мы проходим по плотному, слежавшемуся снегу через ущелье, в надежде увидеть оленя по ту сторону, но там лишь необозримое пространство скал, молчаливый, окаменевший океан. Все его книги полны родственным вниманием к человеку и к той земле, где живет и трудится этот человек. Или уже это начинается та страна, где не ступала нога начальства, где люди живут, как птицы у берега моря? — Приезжай, приезжай, — говорят все, — у нас хороший, приемистый народ.

Значит, за это время они съели рыбу и теперь, насытившись, по-прежнему смотрят на пустынную Имандру. — Поуч-поуч! — приветствую я их. Все идут в эту сторону, значит там и клюква растет. — Много ты понимаешь! — оборвал ее охотник — Мы пойдем на север, как отец говорил, там есть палестинка, где еще никто не бывал. Мне с удовольствием сдают; я играю рассеянно и остаюсь дураком. Большим полукругом Настина тропа огибала по суходолу Слепую елань. Вот если бы нашелся теперь гигантский человек, который восстал бы, зажег пустыню по-новому, по-своему. Но мы сидим, слабые, ничтожные комочки, у подножия скал. Мы бессильны.

Похожие записи:

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.